Философский факультет Кафедра культурологии Кафедра философской антропологии Центр «софик» парадигма




НазваниеФилософский факультет Кафедра культурологии Кафедра философской антропологии Центр «софик» парадигма
страница9/13
Сташкунас А А
Дата конвертации07.02.2016
Размер2.01 Mb.
ТипДокументы
источникhttp://philosophy.spbu.ru/userfiles/library/Paradigma/Paradigma 13.doc
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   13

Мифологизация сексуальности:

возможность отказа от толерантности


Век рациональности, провозгласивший интеллект единственно значимой силой, не может отказаться от своего прошлого, – мифа как принципа упорядочения мира. С помощью мифологизации объекта индивид наделяет значимыми свойствами явления для него чуждые и непонятные. Мифологизированный объект входит в пространство миросозерцания индивида, становясь частью единой картины мира. Создается единое пространство представления, элементами которого будут как реальные объекты, так и объект-миф. Объекту-мифу приписываются черты, которые индивид не желает видеть в себе.

Мифологизация сексуальности создается аналогичным образом. Этот процесс не является феноменом, порожденным современной культурой. С исторической точки зрения нельзя разделить появление мифа и попытки сокрытия сексуальности. Онтологические основания сексуальности с необходимостью предполагают существование возможности не обнажать ее в пространстве социального бытия. Репрезентация сексуальности в силу этого не может не скрывать в себе тайн и соблазнов.

В системе современного позиционирования культурных благ сексуальность становится некоторым товаром, который, как правило, лишь дополняет нарциссический образ индивида, но отнюдь не является частью его природы. «Тот образ, в котором предметы пытаются предстать перед нами, тот способ, каким они как бы предупреждают ценностные возражения и подчиняются скрытой юрисдикции социальной иерархии, заранее уклоняясь от нее, – все это, создавая живую драму частной собственности, описывает также некую социальную страсть и питает социальную патетику такого дискурса предметов»124. Способ трансформации сексуальности из антропологической практики в товар   мифологизация.

Объект мифологизации подвергается воздействию «магических сил», которые своеобразным образом налагают на него «проклятие», исключающее актуальное существование: «его связи с обществом начинают обрываться: проклятого избегают и относятся к нему не только как к мертвому, но и как к источнику опасности для окружающих»125. Сексуальность, которая подверглась мифологизации, перемещается в инобытие, созданное довлеющими социальными силами для «неугодных» феноменов.

Мир распадается в своем дуализме, не оставляя для сексуальности возможности свободного выражения, ее принуждают к строго детерминированному существованию. Каждый индивид не только считает форму своей сексуальности наилучшей, но иногда пытается навязать ее другим как единственно приемлемую. Происходит поляризация сексуального пространства конкретного индивидуума и мира в целом. Избранная модель сексуальности начинает полностью определять жизнь человека в отрыве от всякой каузальности, природные стремления индивида нивелируются под грузом конформизма.

Гетеросексуальность была первой моделью сексуального поведения, которую определили как самую оптимальную для существования социума, в силу необходимости продолжения рода. Воспроизводство гетеросексуальной модели поведения со временем приводит к признанию ее единственно возможной.

Мир начинает создаваться в рамках гетеросексуального бытия, забывая о своей гетерогенности. «Условия принудительной гетеросексуальности, которые Кристофер Ашервуд называл “гетеросексуальным диктатом”, причиняют каждодневные серьезные проблемы лесбиянкам и геям. Все законы, формы культуры (ритуалы, символы и т. д.) и сами светские социальные ожидания делают их чужими в этом мире. Именно по этой причине существуют “геевские гетто”. Коммерческие учреждения геев и лесбиянок, социальные институты, излюбленные места посещения и свободное пространство, так же как культурные “пространства” и новости искусства, музыкальные фестивали, лесбийская, геевская литература, атлетические лиги, конференции и информационные и дружеские сети, такие как те, что созданы активистами борьбы против СПИДа, – все составляет “освобожденную зону”, где лесбиянки и геи могут почувствовать себя дома и в мире»126. Так, создается некая иллюзия пространства, свободного от гетеросексуального принуждения.

Представители «геевского гетто», пытающиеся создать независимое от породившей их реальности существование, становятся объектами мифологизации. Однако ее творцами выступают отнюдь не только гетеросексуалы, – сами гомосексуалисты поддерживают основания этих мифологических систем. Под маской социально осуждаемой сексуальности может существовать живая сексуальность, свободная от мифов в пространстве близости.

Порожденные традиционной семьей и культурой, гомосексуалисты не могут при всем желании освободиться от них, не потеряв часть себя. С одной стороны, жизнь в обществе, где доминируют, являются социально одобряемыми гетеросексуальные отношения, позволяет людям нетрадиционной ориентации приобрести собственную идентичность, а с другой   разрушает их существование посредством отказа в ценности их бытия.

Объединение по признаку сексуальной ориентации не приводит индивидуума к гармоничному развитию, поскольку многие важные свойства человеческой личности, которые необходимы для полноценной жизни, признаются в этом случае незначимыми. Спорным оказывается утверждение, что «можно быть уверенным, гетто существует, потому что лесбиянки и геи, для того чтобы расширить свое влияние, усиленное социальным неприятием, находят другие способы средств существования, другие источники эмоциональной поддержки и другие институциональные границы, внутри которых они следуют своим жизненным ценностям; геевское гетто – в значительной степени проявление усиленного разрастания гетто изнутри»127. Сексуальность становится слишком хрупкой в своем противостоянии всей человеческой природе. Именно поэтому «гетто символически разлагает своих обитателей, объединяя в некоторой резервации совокупность агентов, которые будучи лишены всех козырей, необходимых для участия в различных социальных играх, могут делиться только своим отлучением»128. Сексуальность в «гетто» не становится освобожденной от довлеющей парадигмы, напротив, именно на нее, сконцентрированную в одном месте, направляется вся непроработанная агрессия общества (гетеросексуальных социопатов).

Мифологизация сексуальности, таким образом, становится средством оправдания нетолерантного поведения. Гомосексуальность, выступающая как угроза традиционным ценностям, воспринимается как страшная сила, наполненная пороками, которые передаются с помощью симпатической магии. Миф, вписавший гомосексуальность в гетеросексуальное мировоззрение, отводит ей место универсального виноватого.

Марк Блазиус описывает такое отношение как гомофобию: «…под гомофобией я подразумеваю отвращение индивидуума по отношению к гомосексуальности и гомосексуалистам и часто желание наложить наказание на последних в форме возмездия (кары), либо вылечить их»129. Желание исправить все то, что способно поколебать основы гетеросексуальной реальности, приводит к крайне агрессивным проявлениям, которые направлены на обесценивание иных форм существования человека.

Эта агрессия может принимать как открытые («самым старейшим средством социального контроля является физическое насилие»130), так и скрытые формы. При этом скрытое насилие гораздо опаснее, поскольку индивид, являющийся его объектом, может быть не готов к этой ситуации. К тому же открытые гомофобные проявления пытаются покалечить телесность человека, в то время как иные насильственные проявления ставят своей целью уничтожение экзистенции индивида, что является более страшным.

Неявное насилие может проявляться в различных формах дискриминации гомосексуалистов (отказ в участии на уровне правовых процессов, неприспособленность законодательства для гомосексуальных субъектов), выражающихся в стигматизации. Остается актуальным признание гомосексуальности проявлением инверсии, которая лишает общество человеческой природы: «модель инверсии до сих пор популярна, но ей не хватает научной поддержки»131. Мнение о неприемлемости традиционных ценностей для гомосексуалистов (семейных, культурных и др.) не позволяет им полноценно существовать в глазах общества. Все эти формы скрытой агрессии получают статус легитимированных через признание мифологизации универсальным средством в процессе познания и описания мира. Мифологизация мира делает агрессию в отношении сексуальности оправданной.

В качестве формы реализации агрессивной гетеросексуальности выступает гетеросексизм. «Так, гетеросексизм – это форма доминирования, и внутри нее и в поддержку ее в качестве структуры доминирования, подчинение – это создание гомофобных субъектов»132. Представления о собственной сексуальности становятся частью мировоззрения, закрытого для диалога. Чужая сексуальность воспринимается по аналогии с собственной, меняются лишь маркеры приемлемого и неприемлемого.

Сексуальное противопоставление достигает своего апогея в характеристике незнакомой сексуальности. «Сексуальное предпочтение», например, предполагает, что эротика и секс в отношениях с представителями своего пола просто аналогичны чьему-либо предпочтению особого сорта мороженого, и лесбиянки и геи – такие же точно, как негомосексуалисты, исключая то, что они делают в постели. Если бы это было правдой, не было бы необходимости в установлениях лесбийского, геевского сообщества, которые были организованы особым образом, чтобы противодействовать давлению и создавать безопасные пространства, в пределах которых женщины могли открыться как лесбиянки, встретить друг друга, а мужчины раскрыться в качестве геев и найти таких же, не было бы необходимости в деятельности, ее средствах, которые идут дальше просто сексуальной поляризации».133 Нежелание признать противоположную сексуальность, в некоторой степени не поддающуюся познанию, приводит к ее исключению из социального пространства.

Гетеросексуальное понимание гомосексуальности – процесс, приписывающий как можно большее количество социальных изъянов в попытке оправдания собственной гомофобии. «Суть мифологического мышления состоит в том, чтобы выражать себя с помощью репертуара причудливого по составу, обширного, но все же ограниченного… Таким образом, мышление оказывается чем-то вроде интеллектуального бриколажа».134 Ценность созданного гомосексуального образа может быть воспринята гетеросексуалами лишь с точки зрения эстетики порока. Сущность этой эстетики заключается в использовании образа порочного гомосексуалиста как в художественных практиках (кинематограф, литература), так и в повседневных: как бы ни был он при этом привлекателен в греховности, свободной от условностей, клеймо общественного осуждения никуда не исчезает. Гомосексуалист как таковой воспринимается в качестве обесцененного субъекта гетеросексуального мира, в качестве объекта, не обладающего позитивным бытием.

Гомосексуалисты пытаются решить проблему направленной на них агрессии с помощью создания этоса. Этос становится не столько формой противодействия гомофобии, сколько желанием выразить свою сексуальность, которая не ограничивается биологическими предпочтениями. М. Блазиус пишет в своей работе «Этос существования лесбиянок и геев»: «Жить как лесбиянка или гей сегодня заключается в большем, нежели сексуальная ориентация, жизненный стиль или даже принадлежность к сообществу. Это выражается в этосе, под которым я подразумеваю общий жизненный путь, посредством которого лесбиянки и геи изобретают себя, познают друг друга и устанавливают отношения к культуре, в которой они живут».135 Понятие этоса не тождественно представлениям о «геевском гетто», поскольку оно не заключает в себе необходимости создавать абсолютно обособленное пространство существования. При такой интерпретации категория этоса приобретает экзистенциальные характеристики.

Этос становится формой реализации антропологических потребностей субъектов – он по сути витален, создает жизнь как социальную коллективность и как жизненную стратегию человеческой субъективности, реализующей себя в разнообразных, подчас совершенно нестандартных формах. Этос делает гомосексуальность неотделимой от антропологической природы индивидуума – его создание не ограничивается лишь борьбой за социальные и гражданские права, организацией особого социального пространства. Этос включает в себя стремление к самопониманию, помощь в избавлении от стигмы, обретение витальных оснований экзистенции, таких как любовь, близость, счастье.

Сама проблема этоса – «это не просто проблема сексуальной ориентации или альтернативного образа, стиля жизни (среди других в контексте плюралистической культуры), но ответ на вопрос “Как я буду жить?”».136 Ответив на данный вопрос, человек становится способным на полноценное существование в гетеросексуальном мире, он теряет необходимость в постоянном противостоянии этому миру. Мифологизированная сексуальность перестает быть для него чем-то значимым. В ином случае индивид с гомосексуальной ориентацией, ощущающий на себе гетеросексуальное отторжение, начинает испытывать ответную агрессию.

Часть гомосексуалистов в силу своего конформизма не могут не подчиниться властным структурам, пополняя толпу гомофобов. «Это другая сторона монеты гетеросексизма, структуры власти в обществе (какими являются расизм и сексизм), которая отдает превосходство в качестве предпочитаемой (естественной, более здоровой, нормативной) гетеросексуальности над гомосексуальностью и, посредством разнообразия процедур субъективации, создает гомофобных субъектов (которые даже могут вовлекаться друг другом в гомосексуальные связи – однако в соответствии с концепцией “ненавидящего себя гомосексуалиста”)».137 Подавленная гомосексуальность ставит под сомнение существование не только гомосексуального мира, но и гетеросексуального, поскольку индивид, отказавшийся от своей сексуальности, становится неспособным на полноценное существование ни в одном из сообществ. Сексуальность, определяемая как укорененность в бытии, превращается в своеобразный фантазм, который лишь отдаленно напоминает человеку о его экзистенции.

Гомосексуалисты, не сумевшие создать свой этос, испытывая страх перед гетеросексуальным миром, как правило, пытаются его уничтожить. «Не просто гомосексуальный сексуальный акт сам по себе провоцирует страх и ненависть тех, кто вовлечен в этот вид сексуального поведения, по отношению к тем, кто его не придерживается; скорее, не сексуальный акт, а то, что эти люди называют “геевским стилем жизни”. Такой страх и ненависть могут проявляться на уровне индивидуальной “гомосексуальной паники” (страх лишиться собственной гендерной идентичности), или в тревожности, что геевский образ жизни, в конце концов, стереотип, влечет гибель западной цивилизации».138 Причина этих проявлений заключается в том, что ответственность за разрушение мира ложится в первую очередь на гетеросексуалов, поскольку именно они, создавая властные структуры и управляя ими, развязывают войны и создают мировые конфликты.

«Сознательный отказ от отцовства и поддержки политики отцов»139 выражается в нежелании гомосексуалистов воспроизводить уничтожающий себя мир. Однако возникает проблема: приняв свою сексуальность лишь как форму противостояния гетеросексуальной реальности, гомосексуалисты лишают ее антропологической природы, что собственно и ведет к невозможности ее существования в качестве естественной характеристики индивида.

В процессе развития общества мифологизированная сексуальность становится маргинальной в результате противоречивости социальной реальности. Она не может найти себе устойчивого пристанища. Сексуальность вынуждена постоянно находить новые формы своего осуществления и становления, поскольку ее постоянно пытаются исключить как из жизни гомосексуалистов, так и гетеросексуалов. Сексуальность, искаженная различными мифами, исключает толерантное отношение не только к чужой сексуальности, но и к своей собственной.

Мифологизация искажает объекты так, что вновь созданный предмет становится источником возникновения агрессивного поведения. Эта агрессия является двунаправленной – разрушает не только мифологизированный образ, но и свой источник. Интолерантное поведение – тотальное неприятие не только Другого, но и себя самого.

Возможность существования толерантного отношения к сексуальности предполагает ее демифологизацию. Явление, постигнутое исходя из собственной аутентичной реальности, позволяет индивиду ощутить самоценность своего бытия.

Сексуальность, изъятая из потребительского обращения, освобожденная от мифологической товарности, способствует гармоничному существованию разных ее проявлений.

Преодоление стигмы, создание этоса гомосексуалистами и проявление толерантного отношения к ним со стороны гетеросексуалов делают сексуальность живой и человеческой, позволяют каждому существовать в соответствии со своей сексуальной природой.

ОСОБЕННОЕ


От гл. редактора. В этом разделе мы представляем на суд читателей статью известного петербургского исследователя. Не всегда соглашаясь с логикой авторского изложения, полагаем, что эта работа может заинтересовать специалистов не только по гендерной проблематике.


П.М. Колычев

1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   13

Похожие:

Философский факультет Кафедра культурологии Кафедра философской антропологии Центр «софик» парадигма icon«Москва как мировой финансовый центр»
Фгобувпо «Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации»; Факультет Бухгалтерского учета, анализа и аудита; Кафедра...
Философский факультет Кафедра культурологии Кафедра философской антропологии Центр «софик» парадигма iconКатегория времени в философии постмодернизма
Кафедра философии, культурологии, прикладной этики, религиоведения и теологии имени А. С. Хомякова
Философский факультет Кафедра культурологии Кафедра философской антропологии Центр «софик» парадигма iconКафедра философии и культурологии
Современная наука как социальный институт. Формы организации науки (научное сообщество, научные школы и группы, «невидимый колледж»,...
Философский факультет Кафедра культурологии Кафедра философской антропологии Центр «софик» парадигма iconЛингвокультурные основы родинного текста болгар
Ведущая организация – Московский государственный университет, филологический факультет, кафедра славянской филологии
Философский факультет Кафедра культурологии Кафедра философской антропологии Центр «софик» парадигма iconРоссийской Федерации Дагестанский Государственный Университет Юридический факультет Кафедра гражданского права
Общая характеристика сети Интернет и проблемы ее правовой регламентации
Философский факультет Кафедра культурологии Кафедра философской антропологии Центр «софик» парадигма iconГуманитарный факультет. Кафедра педагогики и психологии
Цель курса: обеспечение будущих педагогов-психологов знаниями теоретических основ организации психологической службы в школе
Философский факультет Кафедра культурологии Кафедра философской антропологии Центр «софик» парадигма iconКафедра этнографии и антропологии
Санкт-Петербургского государственного технического университета (ппи спбгту), Псковский областной институт повышения квалификации...
Философский факультет Кафедра культурологии Кафедра философской антропологии Центр «софик» парадигма iconДонецкий нециональный университет филологический факультет кафедра русской литературы
Поэтические традиции народной культуры греков-урумов с. Улаклы великоновоселковского района донецкой области
Философский факультет Кафедра культурологии Кафедра философской антропологии Центр «софик» парадигма iconГосударственное образовательное учреждение высшего профессионального образования «самарский государственный университет» исторический факультет кафедра зарубежной истории
Печатается по решению Редакционно-издательского совета Самарского государственного университета
Философский факультет Кафедра культурологии Кафедра философской антропологии Центр «софик» парадигма iconФакультет социальных наук Кафедра социальной педагогики и самопознания график проведения открытых занятии
Уровень высшего образования (бакалавриат, магистратура, докторантура PhD), где проводится открытое занятие
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©kzdocs.docdat.com 2012
обратиться к администрации
Документы
Главная страница