Синкретическая природа современной иррационалистической философии в традиции советской философской критики (1960 1980-е годы)




НазваниеСинкретическая природа современной иррационалистической философии в традиции советской философской критики (1960 1980-е годы)
страница14/15
Дата конвертации11.02.2016
Размер2.46 Mb.
ТипДокументы
источникhttp://borrissoff1960.narod2.ru/papers/syncr.rtf
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   15
возрастания стоимости.

238 Ю.В. Пущаев прямо квалифицирует особенности этой мысли как достоинство: «Феноменология в своих основоположениях двусмысленна. Но эта двусмысленность не означает отсутствия умения мыслить логически. Такие ее двусмысленность и противоречивость – скорее, следствие и признак глубины и основательности мысли». – Пущаев Ю.В. Диалектическая Логика и философия Мераба Мамардашвили. // Вопросы философии, 2005, № 12. – С. 64. «Двусмысленность» как «основательность мысли» – такое признание звучит слишком курьезно, но Пущаев только выразил то, что обычно стараются оформить более «концептуальным» образом.

239 Также редкое по своей откровенности и ясности признание, принадлежащее А.Сокурову, известному кинорежиссеру.

240 Грецкий М.Н. Наука – философия – идеология. – М.: 1978. – С. 122 – 123.

241 В отношении такой отвлеченно-ценностной акцентуации целостности должна быть, по-видимому, занята такая же критическая позиция, которая в свое время была достигнута по отношению к умозрительной гипертрофии логической системности в рамках идеалистического и материалистического спекулятивизма.

242 Савинова Е.Ю. Концепция «абсолютного историзма» Бенедетто Кроче. Критический анализ. – Л.: 1987. – С. 12.

243 В связи с этой оценкой мы бы хотели сделать замечание. В современной доктринальной, близкой философско-академической, среде существует тенденция искать «золотую середину» как раз в господствующей сегодня анти-сциентистской (синкретистской) гегемонии. В частности, такая тенденция проявляется в попытках обоснования и культивирования концепций «нового рационализма» (в противоположность «классическому рационализму Просвещения»). Доктринальная гегемония предстает в этой «систематизации» как некий баланс «между Ницше и Леви-Строссом», как некое взаимодополнение крайних полюсов, реализующееся в историко-философском процессе. Между тем, мы в этой работе приходим к тому, чтобы характеризовать полученный сегодня результат такого процесса не как выстраивание баланса, а как синтез в современной иррационалистическо-синкретической традиции одновременно – крайних проявлений иррационализма (волюнтаризма, обскурантизма, мистицизма) и крайнего эзотерического интеллектуализма, «строгой научности», очищенной от предметно-теоретического содержания и предназначенной для дискурсивизации доктринальной мысли. (Философия Хайдеггера, наиболее модная сегодня, представляет и наиболее яркий пример такого одновременного сочетания.) Интеллектуализм этот и эта «строгость» проистекают не из связи с научно-теоретическим процессом, а из потребностей рефлексивного самовоспроизводства замкнутой интеллектуальной среды. Поэтому если есть возможность говорить о некоторой «золотой середине» в контексте буржуазной философии, то эта середина конституируется относительно разомкнутой группой, связанной и с доктринальным процессом и с общественной практикой.

244 Не случайно, что такие представители этого подхода как Г. Коген, Б. Кроче, Г. Зиммель, М. Вебер стали отправной точкой в становлении таких марксистских мыслителей как С.Л. Рубинштейн, А. Грамши и Д. Лукач.

245 См. Богомолов А.С. Немецкая буржуазная философия после 1865 г. – М.: 1969. – С. 29, 31, 44, 50; Науменко И.А. К критике философских основ мировоззрения Георга Зиммеля. – М.: 1972. – С. 3 – 4, 8, 11, 18 – 20; Габитова Р.М. Человек и общество в немецком экзистенциализме. – М.:1972. – С. 128; Веселая Т.В. Тема кризиса европейской культуры и ее интерпретация Э. Гуссерлем. – Ростов н/Д.: 1998. – С. 21; Журавлев П.В. Проблема бытия в философии Н.А. Бердяева. – Саратов: 2002. – С. 40-41.

246 «“Абсолютный историзм” (Кроче – И.Б.) возникает как попытка вписать такие тенденции новейшей буржуазной философии и историософии как релятивизм, разрушение принципа субстанции, иррационалистический витализм, в классическую философскую традицию, найти им место в общей картине “разумного мира”». – Савинова Е.Ю. Концепция «абсолютного историзма» Бенедетто Кроче. Критический анализ. – Л.: 1987. – С. 4.

247 «Индивид, общество и предметы, через которые выявляют себя жизнь и дух, образуют внешнее царство духа. Эти проявления жизни…как они выступают для разума во внешнем мире.» - Dilthey W. Philosophie des Lebens. – Frankfurt am Mein: 1946. – S. 7.

248 Савинова Е.Ю. Концепция «абсолютного историзма» Бенедетто Кроче. Критический анализ. – Л.: 1987. – С. 11 – 12.

249 Науменко И.А. К критике философских основ мировоззрения Георга Зиммеля. – М.: 1972. – С. 5.

250 Богомолов А.С. Немецкая буржуазная философия после 1865 г. – М.: 1969. – С. 48 – 49.

251 Науменко И.А. К критике философских основ мировоззрения Георга Зиммеля. – М.: 1972. – С. 20.

252 Богомолов А.С. Немецкая буржуазная философия после 1865 г. – М.: 1969. – С. 50.

253 Савинова Е.Ю. Концепция «абсолютного историзма» Бенедетто Кроче. Критический анализ. – Л.: 1987. – С. 11.

254 Богомолов А.С. Немецкая буржуазная философия после 1865 г. – М.: 1969. – С. 49; Науменко И.А. К критике философских основ мировоззрения Георга Зиммеля. – М.: 1972. – С. 11; Савинова Е.Ю. Концепция «абсолютного историзма» Бенедетто Кроче. Критический анализ. – Л.: 1987. – С. 14, 15.

255 См. перекличку позиции В.Е. Кемерова с позицией Ницше – Кемеров В.Е. Меняющаяся роль социальной философии и антиредукционистские стратегии. // Вопросы философии, 2006, № 2. – С. 66.

256 Кемеров В.Е. Социальная философия. – Москва-Екатеринбург: 2004. – С.119.

Кемеров В.Е. Меняющаяся роль социальной философии и антиредукционистские стратегии. // Вопросы философии, 2006, № 2. – С. 62.

257 Там же. С. 68.

258 Кемеров В.Е. Меняющаяся роль социальной философии и антиредукционистские стратегии. // Вопросы философии, 2006, № 2. – С. 68.

259 Там же. С. 77; см. также: «…взаимосвязанное индивидное бытие людей создает фундаментальный слой социального бытия, а формы индивидного бытия людей образуют «ядерные» силы и структуры социального процесса»; «Человеческий индивид, представленный в многомерности своего бытия, может и должен быть понят сам как процесс, причем как процесс, обеспечивающий «пульсацию» общественного организма». - Кемеров В.Е. Социальная философия. – Москва-Екатеринбург: 2004. – С 107, 114.

260 Как видим, здесь в качестве «первоначала», как и в иррационализме, берется еще нерасчлененные, малодифференцированные отношения. Помимо того, что этот тезис спорен, он имеет еще и явный дезориентирующий посыл. Дело в том, как мы уже указывали, нерасчлененность индивидуальной целостности в иррационалистической трактовке, на которую ссылаются представители компромиссного подхода, вводится в историко-философском процессе как явная политико-культурная оппозиция уже достигнутой обществом комплексности (дифференцированности) отношений. Странно видеть, как демократически настроенные исследователи из самых лучших побуждений солидаризируются с тезисами, имеющими откровенно правую направленность.

261 Кемеров В.Е. Социальная философия. – Москва-Екатеринбург: 2004. – С.66.

262 Там же. С. 83 – 84.

263 Кемеров В.Е. Меняющаяся роль социальной философии и антиредукционистские стратегии. // Вопросы философии, 2006, № 2. – С. 68 – 69.

264 Там же. С. 69.

265 Несколько забегая вперед, хотим отметить, что критика Кемерова представляется нам не вполне конкретной и не вполне последовательной, оставляет в стороне ряд важных вопросов. Что значит «узость» социального пространства, подпадающего под веберовское «социальное действие»? Какие социальные формы не входят в это социальное пространство» и почему? Какие входят и в каком «объеме» и «содержании»? Что мешает включать сюда некоторые социальные формы (общественные отношения)? – Игнорирование «логики вещей» или также сама «логика смысла», осмысленности социальных действий посредством ценностно-ориентационной включенности индивида «здесь и сейчас»? Возможен ли скачок через разрыв между осмысленностью повседневных индивидных связей и предметностью «крупных» социальных форм, если эта стихия «осмысленности» продолжает рассматриваться как сущностная основа отношений вообще? И, наконец, если вопрос касается субъектности, почему она трактуется в терминах целостности смысла, ценностей и никак иначе? Всех этих вопросов Кемеров не задает, даже если логика исследования делает такие вопросы уместными.

266 Homans G. Bringing men back in. // American Sociological Review, 1964. V. 29. № 3.

267 Турен А. Возвращение человека действующего. – М.: 1998. – С. 10 – 11.

268 Мареев С.Н., Мареева Е.В. История философии. – М.: 2004. – С. 692 – 698.

269 Кемеров В.Е. Социальная философия. – Москва-Екатеринбург: 2004. – С. 97.

270 Там же. С. 43, 124; Кемеров В.Е. Меняющаяся роль социальной философии и антиредукционистские стратегии. // Вопросы философии, 2006, № 2. – С. 74.

271 Кемеров В.Е. Меняющаяся роль социальной философии и антиредукционистские стратегии. // Вопросы философии, 2006, № 2. – С. 73; Кемеров оговаривает возможность рассмотрения «не-своего-другого» субъекта в виде специфического группового субъекта (Там же. С. 74), но это его замечание выглядит лишь единичной, малообязывающей оговоркой.

272 Кемеров В.Е. Социальная философия. – Москва-Екатеринбург: 2004. – С 123 – 126.

273 Кемеров В.Е. Социальная философия. – Москва-Екатеринбург: 2004. – С. 112. Отметим, что эта анахроничная подмена предметности пост-кантовской «вещностью» типична для современной доктринальной мысли. Это к тому же указывает на то, что реализуемый теоретико-практический компромисс является весьма неустойчивым, ненадежным, и там, где дело касается философско-концептуального использования и толкования ключевых терминов, он часто обнаруживает зависимость от самых расхожих, самых детеоретизированных концептов иррационалистической номенклатуры.

274 Шпет Г. Явление и смысл. – М.: 1914. – С. 188, 208.

275 Кемеров В.Е. Меняющаяся роль социальной философии и антиредукционистские стратегии. // Вопросы философии, 2006, № 2. – С. 73.

276 Это выглядит вполне закономерно. Недостаточно справедливых упреков иррационалистическому антиредукционизму в отвлеченности и доктринальности. (А В.Е. Кемеров относится к числу тех немногих исследователей, кто прямо обозначает свою позицию как «антидоктринальную».) Необходимо показать эту отвлеченность как конкретный исторический феномен, характеризуемый специфическим синкретизмом. Необходимо показать, что есть «доктринальность» сама по себе (по сути) , sui generis. Точно так же как недостаточно и некорректно, с методологической точки зрения, двигаться в рамках упрощенно-рефлексивной симметричной оппозиции «редукционизма» и «антиредукционизма», выявляя достоинства антиредукционизма через противопоставление редукционизму, и наоборот. Необходимо показать, что представляет собой этот антиредукционизм – без «анти», точнее говоря, что же он представляет собой как конкретный феномен в более широком общественно-историческом контексте (и где его антитеза редукционизму есть лишь одно из его определений). Без всего этого антитеза отвлеченности ограничивается «правильными», но так же неконкретными указаниями на предметную различенность общественного бытия.

277 Видимо, особенность его позиции проявилась и в том, что В.Е. Кемеров, выделяя феномен компромиссного подхода, не включает в поле рассмотрения Манхейма.

278 Манхейм К. Идеология и утопия. // Манхейм К. Диагноз нашего времени. – М.: 1994. – С. 57.

279 Там же. С. 28.

280 Там же. С. 139. См. также – «Мы со все большей ясностью видим, что смысловые значимости (независимо от их источника и от того, истинны они или ложны) выполняют определенную социально-психологическую функцию, а именно фиксируют определенным образом внимание людей, намеревающихся сообща что-либо совершить, исходя из «определенной дефиниции ситуации»», там же, С. 24.

281 Там же. С. 139.

282 Следует отметить, что различение онтологических и приведенных эпистемологических характеристик в работах Манхейма вообще представляет большую трудность.

283 Манхейм К. Идеология и утопия. // Манхейм К. Диагноз нашего времени. – М.: 1994. – С. 24.

284 «…Есть истины, правильные точки зрения, доступные лишь определенному складу ума, определенному типу сообщества или определенной направленности волевых импульсов». – Манхейм К. Идеология и утопия. // Манхейм К. Диагноз нашего времени. – М.: 1994. – С. 143.

285 Там же. С. 43. Отметим, что эта позиция перекликается с позицией Грамши, который полноту, целостность, осмысленность «воли» (и субъектности в целом) трактует также как ее объективность, как характеристику ее исторической бытийной зрелости.

286 Манхейм К. Идеология и утопия. // Манхейм К. Диагноз нашего времени. – М.: 1994. – С. 29 – 30.

287 Манхейм К. Идеология и утопия. // Манхейм К. Диагноз нашего времени. – М.: 1994. – С. 32.

288 Это созвучно тому, что Д. Лукач в аналогичном контексте говорит о «практических необратимых изменениях».

289 Надо сказать, Манхейм демонстрирует редкую для буржуазного мыслителя интеллектуальную прямоту, открыто заявляя о такой позиции. – Манхейм К. Идеология и утопия. // Манхейм К. Диагноз нашего времени. – М.: 1994. – С. 159.

290 Там же. С. 46. См. здесь же: «…Ориентированная на определенную цель воля является отправным пунктом для понимания ситуации».

291 «…наше самосознание складывается не посредством соцерцания своей внутренней жизни, а в размежевании с миром, (курсив наш) следовательно, в ходе процесса, в котором происходит и становление нас для самих себя». – Там же. С. 145. См. также: «В ходе столкновений с другими возможными формами существования нам становится поеятно своеобразие нашего образа жизни… Объективность и независимость мировоззрения достигаются не отказом от воли к действию и от собственных оценочных суждений, а посредством конфронтации с самим собой и проверки себя. Критерий подобного самоуяснения состоит в том, что в поле нашего зрения полностью попадает не только наш объект, но и мы сами. Мы начинаем видеть себя не только в общих чертах, как познающего субъекта вообще, но в определенной роли, до этого момента скрытой от нас, (курсив наш. – И.Б.) в ситуации до этого момента нам недоступной, руководствующегося мотивами, до той поры не осознаваемыми. В такие моменты мы внезапно начинаем ощущать внутреннюю связь между нашей ролью, нашими мотивами и характером и способом нашего восприятия мира». – Там же. С. 46 – 47.

292 Утверждение Лениным необходимости формирования рабочими классовой позиции через активное вовлечение и участие в социальных конфликтах по самому широкому спектру имеет сходное значение. Как справедливо отмечает А.К. Уледов, речь здесь идет не только о достижении конкретных политических эффектов, но и о формировании
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   15

Похожие:

Синкретическая природа современной иррационалистической философии в традиции советской философской критики (1960 1980-е годы) iconКурс заочное отделение история философии содержание дисциплины тема Антигегелевская критическая волна в европейской философии второй половины XIX века. Становление иррационалистической тенденции в современной философии
Реализм Иоганна Фридриха Гербарта. Единство бытия и множественность познания. Психология и теология Гербарта
Синкретическая природа современной иррационалистической философии в традиции советской философской критики (1960 1980-е годы) iconМеждународная туристическая компания
Культура, насчитывающая 5000 лет, и удивительная природа, экзотические блюда национальной кухни и прекрасный шоппинг. Всё это – Корея,...
Синкретическая природа современной иррационалистической философии в традиции советской философской критики (1960 1980-е годы) iconЛитература 15 Введение
Охватывает период от 1300 до 1800 года и является переходной здесь происходит разложение традиционных верований и общественного порядка...
Синкретическая природа современной иррационалистической философии в традиции советской философской критики (1960 1980-е годы) iconПрограмма семинарских занятий по курсу философии. Под ред зав каф философии д филос н., проф. А. А. Ивановой
В процессе изучения философии происходит знакомство с основными историческими типами философии и основной философской проблематикой,...
Синкретическая природа современной иррационалистической философии в традиции советской философской критики (1960 1980-е годы) iconПрограмма учебной дисциплины
Без овладения достигнутых ею результатов и их использования невозможны как осмысление тенденций современной отечественной и зарубежной...
Синкретическая природа современной иррационалистической философии в традиции советской философской критики (1960 1980-е годы) iconУчебно-методический комплекс дисциплины «История западной философии»
Г. В. Ф. Гегеля), а также философия Б. Больцано (как пример критики философии Канта, закладывающий новую традицию философствования)...
Синкретическая природа современной иррационалистической философии в традиции советской философской критики (1960 1980-е годы) iconФорма
Г. В. Ф. Гегеля), а также философия Б. Больцано (как пример критики философии Канта, закладывающий новую традицию философствования)...
Синкретическая природа современной иррационалистической философии в традиции советской философской критики (1960 1980-е годы) iconМ. В. Васина кант и восточная патристика
Конец XIX — начало XX века в русской философской мысли прошли под знаком И. Канта. В. С. Соловьев писал, что философия Канта является...
Синкретическая природа современной иррационалистической философии в традиции советской философской критики (1960 1980-е годы) iconТемы по философии Для студентов заочного отделения
Предмет философии. Философия как форма мышления и теоретическое знание. Понятие философской рефлексии
Синкретическая природа современной иррационалистической философии в традиции советской философской критики (1960 1980-е годы) iconФакультет Философии Программа дисциплины
Гу-вшэ и должна привить им навыки научного мышления и познакомить с основными проблемами и историческим развитием мировой философско-методологической...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©kzdocs.docdat.com 2012
обратиться к администрации
Документы
Главная страница