Учебное пособие для магистрантов и студентов гуманитарных специальностей Павлодар




НазваниеУчебное пособие для магистрантов и студентов гуманитарных специальностей Павлодар
страница10/14
Дата конвертации08.02.2016
Размер2.1 Mb.
ТипУчебное пособие
источникhttp://library.psu.kz/fulltext/transactions/569_razdikova_g.m._istoriya_musulmanskogo_obrazovani
1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   14

Контрольные вопросы:

  1. Назовите когда и кем была составлена первая учебная программа для новометодных школ и что она включала в себя?

  2. Приведите примеры букварей, которые широко использовались в начале ХХ веков в мусульманских школах?

  3. Какая взаимосвязь была между казахами и татарскими учебными пособиями?

  4. Перечислите учебные предметы, которые велись в Степном крае, по тем же учебным пособиям, что и в Средней Азии и у волжских татар?

  5. Какой вклад внесла типография купца Г.И. Каримова, открытая в 1901 году в Оренбурге, в систему просвещения?

  6. Как обстояла ситуация книгопечатания на казахском языке в целом до революции 1917 года?

  7. Как реагировало царское правительство на развитие книгоиздательства для мусульманских учебных заведений?

  8. Назовите имя цензора, который в своем докладе на заседании Главного Управления по делам печати предложил комплекс мер, призванных ограничить число издаваемой религиозной литературы, а также их распространение?

  9. По тематике и содержанию казахскую литературу, изданную в начале ХХ в можно разделить несколько групп. Назовите эти группы.

  10. Назовите религиозные дастаны и киссы которые были многократно переизданы?





2.3. Правовое и материальное положение мусульманских школ


Вместе с увеличением числа мечетей и мусульманских школ нарастали проблемы во взаимоотношениях мусульманских школ с официальной властью. Сложным было правовое положение мусульманских школ в Степном крае. Муллы, для того, чтобы получить право преподавать и устраивать при мечетях школы, должны были получить разрешение уездного начальника. Наблюдение за преподаванием как в школах, так и у частных лиц, вверялось уездному и областному начальству, а высший надзор осуществлялся Министерством народного просвещения. Программа для занятий в школах устанавливалась генерал-губернатором по соглашению с Министерством народного просвещения.

В представлении царской администрации второй половины XIX в. мусульманские школы являлись злом. Распространяя и укрепляя враждебную … религию – магометанство, ислам, по их мнению, воспитывал местное население в духе тюркского, мусульманского единства. В правилах «О мерах к образованию инородцев» от 26 марта 1870 года подчеркивалось: «…Конечной целью образования всех инородцев, живущих в пределах нашего Отечества, бесспорно, должно быть ассимиляция их с русской народностью».

Однако были и другие подходы, так например, тюрколог В.В. Радлов, будучи инспектором по татарским, башкирским и казахским школам Казанского учебного округа, предлагал ввести в медресе Округа по изучению русского языка, арифметики, начал алгебры и других наук. Но при этом он не ставил вопрос о замене мусульманской школы русской, а предлагал дополнить ее программы общеобразовательными предметами и государственным [русским – Р.Г.] языком. Такая постановка вопроса получила поддержку среди части мусульманских реформаторов и национальной интеллигенции.

Несмотря на это, в 1874 году последовало правительственное распоряжение об изъятии дела обучения и воспитания детей из ведения мусульманского духовенства и передаче его в ведение местной администрации. Правительство запретило, без особого разрешения местных властей, открывать аульные мусульманские мектебы. Главным условием открытия школ стало преподавание русского языка, наличие учителя, освидетельствованного на знание русского языка и на лояльность правительству. С этого времени большинство казахских школ, не признавших порядки царской администрации, вынужденно перешли на нелегальное положение.

На этом имперское правительство не останавливается и в 1876 г. предпринимает другой крупный русификаторский бросок в сторону мусульманских школ – введение русских классов.

В 1877 г. Министерством народного просвещения был выработан проект инструкции инспекторам башкирских, киргизских [казахских-Р.Г.] и татарских школ. Наблюдению инспектора подлежали: а) все находящиеся в учебном округе, школы при которых состоял инспектор инородческой школы, и училища для нехристиан-инородцев-башкир, казахов, татар и б) лица, занимающиеся частным и домашним обучением инородцев. Мусульманские учебные заведения могли быть открыты не иначе как с разрешения уездного начальства Министерства народного просвещения. Содержатели или учредители уже существующих школ обязаны были заявить учебному начальству, которое и утверждало их существование. Все лица, желавшие заниматься обучением детей в мектебе и медресе области, должны были иметь для этого разрешение от уездного начальства в форме специально установленного свидетельства. Свидетельства эти выдавались исключительно русским подданным, получившим образование в России (предписание Министра народного просвещения от 10 июля 1892 г., № 12328). Лица, которые уклонялись от получения свидетельств, подвергались штрафу, а в случае совершенного отказа – и аресту от 5 до 15 суток с запрещением заниматься обучением детей навсегда.

Заведующие медресе и мектебе ежегодно подавали инспектору точные статистические сведения о личном составе учебных заведений. Мулла и вообще лицо, заведующее медресе, должен был представить инспектору программу своих занятий с точным обозначением учебных пособий и руководств. В случае несогласия инспектора с программой инспектор представлял ее попечителю округа, от которого зависело ее утверждение. Инспектор определял применительно к местным условиям время и порядок учебных занятий по всем предметам обучения и продолжительность каникул. Что же касается переписки инспектора с заведующими медресе и мектебе, то до 1 января 1880 г. она могла производиться на татарском языке, то есть инспектор должен был принимать бумаги, написанные на этом языке, от себя же писать на русском языке с переводом на татарский, с 1 января 1880 г. переписка должна была вестись исключительно на русском языке. Инспектору подавались прошения об открытии новых мектебе и медресе. Он передавал их попечителю округа, от которого зависело разрешение на открытие мусульманских учебных заведений в том только случае, если при прошениях были представлены: а) обязательства о содержании русских классов на счет учредителей медресе и мектебе, б) подтверждение общества о желании открыть учебное заведение с обозначением средств для достаточного материального обеспечения открываемых медресе и мектебе, причем размер жалования учителю русских классов не должен был быть менее 350 руб. в год

Царское правительство стремилось взять под контроль учебные пособия и учебники, необходимые для мусульманских школ. Так, распоряжением министра народного просвещения должны были использоваться в мусульманских школах только печатные издания, одобренные русской цензурой.

«Ответом» на «вызов» царского правительства в деле образования были попытки представителей казахской интеллигенции выработать другие положения, отвечающие требованиям времени. Так, в ответ на рекомендации, разработанные в «Записке о преобразовании высших и низших мусульманских школ (медресе и мектебов) в России» 1901 года, последовали письма, критикующие новые правила. В них содержались предложения по улучшению положения школ, одним из которых является следующее: «Ввести в число предметов, обязательных в медресе и мектебах. Кроме наук духовных, также общеобразовательные, как-то: арифметику, географию, историю России и всеобщую, установить преподавание этих наук на родном языке учащихся, по учебникам, одобренным учебным ведомством».

Широкое распространение в степи получила первая казахская прокламация, в которой авторы на арабском и казахском языках призывали «детей Алаша подняться, как один человек, против посягательств русского правительства на религию – ислам и против попытки обратить киргизский народ в православную веру». Авторы прокламации свои опасения относительно обращения в православие строили на том, что «в Акмолинской области стали открывать для киргизских мальчиков аульные школы, в которых киргизских детей обучали письму в русской транскрипции; арабские же буквы, которыми пользуется киргизы, изгонялись из употребления». Казахи, видя в этом покушение на свою грамоту и на священную книгу – Коран, просили у администрации преподавать в аульных школах учение ислама и грамоту по-казахски. В этой просьбе им было отказано.

И даже после принятия Царского манифеста от 17 октября 1905 г., провозгласившего свободу вероисповедования для многочисленных народов Российской Империи, на деле сохранялась прежняя политика. Попытки открыть мусульманские школы не имели успеха. Получили отказ казахи г.Кокчетава, которые обратились с просьбой об открытии медресе к уездному начальнику. «Закрытие медресе, – говорилось в сообщении, – вызовет серьезное недовольство со стороны всего магометанского населения уезда, которое уже начало ремонтировать медресе на добровольные пожертвования и мечтает выстроить современное трехэтажное каменное здание». Весть об открытии киргизской (т.е. казахской) медресе в г. Кокчетаве облетела всю область и везде вызвала искреннюю радость кочевников. Уже много детей обучается в ней. Но директор народных училищ А.И. Алекторов выступил категорически против открытия в Кокчетаве медресе, мотивируя свое решение тем, что муллы Таласов и Чонов политически неблагонадежны и вели агитацию на религиозной почве. Не помогло и согласие казахского общества на открытие при медресе русского класса. Так, школа, действовавшая при мечети, построенной в 1840 г. на средства казахов, прекратила свое существование, в результате чего «дети не могли продолжать учиться и были лишены нравственно-религиозного знания магометанского исповедования».

Эпизод с кокчетавским медресе был не единственным, а объявленные манифестом свободы были всего лишь уловкой, вызванной снять революционный накал в обществе. Царская администрация по-прежнему создавала препятствия для распространения мусульманского образования в Казахстане.

В «Киргизской степной газете» сообщалось еще об одной безуспешной попытке казахов создания мусульманской школы: «Несколько человек интеллигентных киргизов, проживающих в г. Омске, ходатайствовали перед начальством об открытии при мечети начального училища для мусульманских детей. Задача открываемого училища дать  детям начальное образование, чтобы они смогли дальше продолжить свое образование. Один из инициаторов дал под училище свой дом с отоплением и освещением, а другой принимал на себя все расходы на обзаведение учебным пособием, а остальные сообразно со своими средствами обещали делать пожертвования и свободные часы посвятить на обучение детей».

На волне всех этих выступлений, направленных на открытие мусульманских школ, зародилась «петиционная» кампания, начало которой положил съезд казахов, состоявшийся 25 июля 1905 г. на Куяндинской ярмарке (вблизи г. Каркаралинска). В принятой петиции на имя царя содержались и требования об организации в Казахстане особого мусульманского духовного управления, строительства мечетей, открытия духовных школ, выдачи заграничных паспортов для паломничества в Мекку и т. д. Национально-освобо­дительное движение казахов в начале ХХ в. приняло формы религиозной борьбы. Религиозные организации возникли в Семипалатинске, Петропавловске, Акмолинске, Верном и других городах, где было сильно влияние мусульманского духовенства. В Нижнем Новгороде в августе 1905 г. собрался Всероссийский мусульманский съезд, на котором были и представители духовенства Казахстана. Съезд образовал «Всероссийский мусульманский союз», который на своем третьем съезде (август 1906 г.) принял программу, близкую по духу идеям кадетской партии. Как известно, эта борьба, направленная на повышение политической роли мусульманского духовенства, расширение сети мусульманских учебных заведений, не увенчалась успехом.

В то же время следует сказать, что насильственное насаждение русско-киргизских школ не дало желаемых результатов, так как «посещение их казахами было лишь единичным явлением в казахской степи, и следы этого влияния, если оно вообще и было сознательным, скоро пропадали по возвращении на родину. Гораздо большее значение имело, напротив того, посещение специальных киргизских заведений, татарских школ и высших учебных заведений и гораздо устойчивее их влияние на магометанскую жизнь в степи», – писал Карутц.

На наш взгляд, важным аспектом в изучении проблемы о состоянии мусульманских учебных заведений является вопрос о том, на какие средства строили и содержали мектебы и медресе.

Часто мусульманские школы открывали на средства крупных предпринимателей–меценатов. Например, пользовавшееся особой известностью медресе казахского муллы Абдул-Вахита в Семипалатинском уезде было основано на средства волостного управителя, крупного скотопромышленника Темиргали Нурекенова. В Семипалатинске также действовало новометодное мектебе, построенное и поддерживаемое на благотворительные средства известного купца в Степном крае Садыка Мусина. Еще один пример свидетельствует о том, что некоторые богатые, предприимчивые люди, оказывали материальную поддержку школам. Так, в газете «Терджуман» рассказывается о почетном киргизе Кустанайского уезда Исмаиле Ямангалове, который «пожертвовал на содержание школы 1680 руб.».

Как отмечается в этой же газете, в целом «киргизы всегда отзывчивы к нуждам народного образования». Действительно, содержание мечетей, школ при них и мулл падало на плечи всего казахского населения, которое добровольно делало пожертвования.

Как указывал А.К. Добросмыслов; «на территории Казахстана муллы, мечети и духовные школы содержались исключительно за счет населения. Вакуфы в религиозных обществах не допускались».

Одной из причин, побуждавших оказывать материальную поддержку, были нравственные принципы, заложенные в исламе, и вера в награды в потусторонней жизни. Так, согласно Корану, все мусульмане должны были делать пожертвования – садақа, размер которого зависел от имущественного состояния верующего. Поэтому именно зажиточные люди были основными спонсорами учебных заведений.

Частные пожертвования могли обеспечить существование школы лишь в таких крупных торговых центрах с зажиточным населением, как Казань, Оренбург; Троицк и др. Медресе и мектебы создавались по инициативе и на средства зажиточных людей. Например, медресе «Расулия» открыто в 1884 г. при 5-й соборной мечети г. Троицка Оренбургской губернии З. Расулевым на средства казахского бая Алтынсарина. Медресе «Хусаиния» основано в 1889 г. в Оренбурге братьями А. и М. Хусаиновыми на собственные средства.

Мектебы содержались также на средства родителей учеников. Каждая семья вносила за учебу своих детей либо денежную, либо натуральную оплату, размер которой менялся в зависимости от ее материального положения. Учителя-муллы получали вознаграждение по соглашению с частным лицами-родителями детей. Обязательной оплаты за обучение не было, Поэтому принимали со всех родителей столько, сколько они сами пожертвуют. Обычно эта сумма не превышала одного рубля с человека и то не с каждого, в общем же доходила до 25–30 руб. в год.

Но обычно платили в натуральной форме. По словам информатора Жакауовой Зекен; «за одного ученика платили по «соғыму», т. е. по одному барану и мешку муки». Многие информаторы называли такие понятия, как «жұмалық», «бейсимбилик», под которыми подразумевалась форма оплаты в виде подарков мулле в определенный день (пятницу, четверг). В качестве вознаграждения преподавателя ученики приносили ему еженедельно всякое, что могло ему пригодиться: яйца, масло, дрова и т. п. Чем больше было учеников, тем дешевле была плата. Кроме того, в счет платы за учебу детей учителю засчитывались религиозные налоги со скота и имущества (зякет, фитр, гуш).

Были школы, где ученики расплачивались своим трудом, помогая при всех домашних и некоторых полевых работах муддариса. Как ни примитивен такой порядок, но все-таки он давал возможность существовать мусульманским школам в самых беднейших районах. Примером безвозмездного обучения была школа, открытая Науаном Хазретом в Кокчетаве. Сами учителя, если не совсем бесплатно преподавали в мектебах, то «довольствовались таким небольшим вознаграждением, которое равносильно пожертвованию», писал И. Габдуллин.

С другой стороны, на устройство и содержание школ отпускались в распоряжение областных правлений небольшие суммы, которые распределялись по уездам «соответственно местным потребностям и развитию школ».

Эти расходы были самые минимальные, в 3 раза меньше, чем на русскую, так как правительство не было заинтересовано в развитии мусульманских школ.

Таблица 6

Сведения о расходах на образование в русской и иноземной школах в Казахстане в начале XX в.

Школа

1904–1906 гг.

1907–1909 гг.

Русская туземная

17 279 рублей

19 308 рублей

Русская сельская

41 867 рублей

56013 рублей


Но, несмотря на трудности, исламское просвещение развивалось. Повсеместно по инициативе мусульман стали создаваться Общества попечения об учащихся-мусульманах. Такое Общество было учреждено в Омске при первом мектебе в 1907 г. с целью обеспечения средствами первое омское мусульманское мектебе, открытое 3 сентября 1906 г. в доме № 40 по Семинарской улице. Обществу предоставлялось право приобретать в собственность помещения и обстановку для мектебе, снабжать его учебными пособиями и другими необходимыми принадлежностями, приглашать подготовленных мугаллимов (учителей) «с хорошей нравственностью и безупречным поведением» по соглашению с учебным начальством, заботиться о приличном содержании их, а также и самого мектебе, наблюдать за преподаванием мугаллимов и за поведением и успехами учащихся, предоставлять им помещения, одежду и пищу, доставлять по окончании учения в мектебе бедным и способным ученикам средства для продолжения дальнейшего образования. За год работы правление Общества попечения об учащихся-мусульманах в Омском первом мектебе отпечатало и разослало в разные города и пункты страны свой устав и просьбу о помощи молодому обществу, пригласило компетентных и хорошо зарекомендовавших себя в мусульманском мире мугаллимов, вводило внутренние распорядки в мектебе, заводило классную мебель (парты, классные доски) и прочие школьные и канцелярские принадлежности, курировало разработку программы мугаллимами для мектебе. С апреля по декабрь 1907 г. денежный приход общества составил 1321 руб. 42 коп., из них: членских взносов – 709 руб. 25 коп., добровольных пожертвований – 612 руб. 17 коп. Расход на нужды мектебе составил 986 руб. 21 коп. В 1909 г. в мектебе обучалось около 57 учеников. Общество взяло на свое полное содержание наиболее нуждающегося одного ученика и освободило от платы за обучение 35 учеников.

Создание Общества попечения об учащихся мусульманах беспокоило власти. Так, Акмолинское областное присутствие по делам об обществах и союзах нашло учреждение устава Общества попечение об учащихся-мусульманах в Атбасарском мектебе и русском классе при нем преждевременным, а потому определило в «регистрации общества отказать».

Местное население, смотрящее на мектебе и медресе как на школы, дающие в первую очередь религиозно-нравственное воспитание, шло на большие денежные жертвы ради их открытия. Казахи аула №2 Николаевской волости Омского уезда Акмолинской области решили открыть в урочище «Сага» медресе, причем жители этого аула Хажи-Нугман и Аскар Амрин бесплатно уступили для открытия медресе обширную зимовку из трех комнат, а мулла мударис Амрин обязался не требовать за учение со своих учеников плату и все расходы по учебному заведению принял на себя. Ученики в медресе должны были проживать бесплатно и «содержаться на свои средства, учебники приобретать на свои счет». Общество прихожан Акмолинской мечети, «имея крайнюю необходимость в учреждении при всем приходе мусульманской женской школы, чтобы предоставить возможность прихожанам преподавать дочерям своим ученического возраста первоначальные образование в религиозно-нравственном отношении», просило Акмолинское городское общественное управление уступить неподалеку от мечети усадебное место для постройки училищного здания, а затем, уже заручившись местом, планировало возбудить ходатайство о разрешении открытия женской мусульманской школы, с тем чтобы весь расход как по постройке училищного здания, так и по содержанию училища принять всецело на свой счет. В 1913 г. в Акмолинске, на средства, собранные среди прихожан мечети № 2, были выстроены здания и открыты в них два училища – мужское и женское, которые содержали на средства, пожертвованные прихожанам. Целью открытия этих училищ было «дать начальное образование мусульманским детям своего прихода, обучив их мусульманской грамоте, что требуется обычаем, а затем, дабы желающие подготовившись к общению и развитию, могли продолжать обучение и в русских училищах и, таким образом, в будущем быть развитыми и полезными членами воспитавшего их городского общества». Содержание 120 мальчиков и 130 девочек, учебных зданий, страхование, освещение, отопление, их плата учителям обходилось прихожанам мечети № 2 в г. Акмолинске в 3 000 руб. в год. При мечети, как отмечается в Энциклопедическом словаре Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона, существовали мужской и женский мектебы, где мальчики и девочки постигали азы мусульманской грамоты и ислама.

Многие баи занимались благотворительностью на ниве народного просвещения. На их средства в 1871 году была построена первая мечеть п. Баян-аул, о которой упоминается в Обзоре Семипалатинской области за 1884 год. Они же содержали мечеть и его служителей. Главой общины в Павлодаре был купец Багаутдин Мустафович Тумашев, а имамом мечети – хазрет Нажмитдин Абдрахманов. Люди ценили и уважали их за благородство и честность. Здание построили и отдали под мектебе братья-купцы Айтыкины. Они же несли основные расходы на его содержание и оплату учителям. Попечителем учебного заведения являлся Нажмидтдин Идрисович Айтыкин.

По словам краеведа Б.М. Хазырова; «при участии Абдулфаттаха Камалитдиновича Рамазанова в Павлодаре в 1905 году была открыта новая мечеть для прихожан-мусульман. Посреди серых одноэтажных домов тогдашнего Павлодара с семитысячным населением выросло белоснежное здание с устремленными ввысь остроконечными минаретами, окаймленное кирпичной оградкой с башенками, конусообразными жестяными верхами, соединенными между собой искусными металлическими решетками».

Свой вклад в дело образования казахских детей вносили мусульманские духовные служители. Открывая школы на собственные средства, они хотели видеть свой народ образованными людьми. К числу их можно причислить отца информатора Хасенова Тлепбека ходжу Турусбека Маманова, «который считался среди казахов мудрейшим человеком,… ничего не жалел для народа».

Даже колониальные власти вынуждены были признать, что «встречаются в степи и достойные муллы…».

Учителем мог быть местный имам или мулла. Кроме волостных школ, «киргизские мальчики обучались еще указными муллами в школах, находящихся при некоторых станичных мечетях, например, при акмолинской, баян-аульской и каркаралинской. В отчетах военного губернатора области за 1861 год, таких школ считалось только 2 (в Баян-ауле и Акмолах) с 35 учашимися, в 1862 году 3 школы с 80 учащимися, а в 1863 году с 83 киргизскими мальчиками. Сверх того, в 1862 году в Омскую киргизскую школу поступило 5, в 1863 году числилось 7 киргизских мальчиков, отцы которых проживали в области сибирских киргизов», – писал М. Красовский.

Зачастую преподаватель в мектебе был один, редко два. В его обязанности входило преподавание всех наук, проходимых в медресе и, кроме того, общее заведование им во всех отношениях. Ввиду невозможности справиться одному лицу с такими сложными обязанностями, муддарис избирал себе помощников из среды наиболее способных учеников старшего возраста и поручал им преподавание некоторых второстепенных наук. Помощники эти назывались хальфами.

В медресе в подавляющем большинстве обучались дети из состоятельных семей, чаще всего дети представителей духовенства. Дети из бедных семей учились на добровольные средства или на средства своих родственников. Часто, оставшись без средств, дети бедняков покидали школу.

Учителями в мусульманских школах в основном были татары, которые еще с XVIII в. поселились в крае, при поддержке царской администрации, преследовавшей цель: «парализовать влияние среднеазиатских мулл на подвластное русским киргизское население».

Преподавателями в передвижных школах были также муллы из казахов и сартов. Определенного образовательного ценза для учителей мектеба не существовало. В большинстве случаев учителем был мулла местной мечети или его помощник. Контроля общественности над обучением не было, поэтому учитель имел возможность «не торопиться» и относиться к своим «педагогическим» обязанностям по своему усмотрению. Кроме того, учитель-мулла, проживая в той юрте, где учил, получал в виде подарка одежду и топливо, которое летом собирали для него ученики, а зимою – их родители.

В мектебах учились преимущественно мальчики. Девочек, обучавшихся грамоте, были единицы. Обучение происходило в домашних условиях и в основном носило индивидуальный характер. Возрастной диапазон учащихся мальчиков колебался от 5 до 17 лет. По социальному составу учащиеся мусульманских школ были представлены детьми из богатых семей. Дети из бедных семей учились на добровольные средства или на средства своих родственников.

Как видно из вышесказанного, для мусульманских учебных заведений существовали жесткие требования, нарушение которых строго преследовалось царской администрацией. Но, несмотря на это, число мектебе и медресе неуклонно росло, так как количество желающих обучаться в них отнюдь не уменьшалось, а увеличивалось. Мусульманские школы содержались на средства всего казахского населения. Большой вклад в распространение грамотности среди казахских детей вносили мусульманские духовные служители. Основная часть учителей были выпускниками медресе. Преобладали учителя-татары, которые по уровню мусульманской образованности были выше коренного населения. Вместе с тем рост мектебов и медресе в Степном крае в конце XIX – начале XX вв. привел к увеличению числа мулл-учителей из казахского населения.


Контрольные вопросы:

Приведите примеры, подтверждающие о том, что царским правительством велась политика, преграждавшая казахам читать книги на казахском языке?

Что подчеркивалось в правилах «О мерах к образованию инородцев» от 26 марта 1870 года?

Какими функциями обладал инспектор по башкирским, татарским, киргизским и казахским школам?

К чему призывали авторы первой казахской прокламации?

Как повлиял на сложившуюся ситуацию с мусульманскими школами царский манифест от 17 октября 1905 года?

Какие требования содержались в петиции, направленной на имя царя «петиционной» компанией?

Как определялась зарплата учителей в мусульманских школах?

Назовите одну из основных причин, побуждающую зажиточных людей являться спонсорами учебных заведений?

Чем занимались общества попечения об учащихся-мусульманах, созданные по инициативе мусульман?

На какие средства в 1871 году была построена первая мечеть в п. Баян-аул?

1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   14

Похожие:

Учебное пособие для магистрантов и студентов гуманитарных специальностей Павлодар iconУчебное пособие для студентов педагогических и гуманитарных специальностей Павлодар, 2004
И85 Просветители Павлодарского Прииртышья конца ХIХ начала ХХ в в. / Учебное пособие для студентов педагогических и гуманитарных...
Учебное пособие для магистрантов и студентов гуманитарных специальностей Павлодар iconУчебное пособие для студентов юридических специальностей Павлодар
Правовые основы охраны недр в Республике Казахстан: учебное пособие для студентов юридических специальностей. – Павлодар
Учебное пособие для магистрантов и студентов гуманитарных специальностей Павлодар iconУчебное пособие для аспирантов и магистрантов Самара
Г 37 Общие проблемы философии науки: учебное пособие для аспирантов и магистрантов / О. В. Герасимов, Т. В. Борисова. – Самара: Самар...
Учебное пособие для магистрантов и студентов гуманитарных специальностей Павлодар iconУчебное пособие для студентов специальности
А86 Арын Р. С., И79 Иренов Г. Н. Этнополитология: учебное пособие. ─ Павлодар: эко, 2008. – 215 с
Учебное пособие для магистрантов и студентов гуманитарных специальностей Павлодар iconУчебное пособие Новосибирск 2001
Учебное пособие предназначено для студентов всех специальностей всех форм обучения. В первой части пособия рассмотрены основные понятия...
Учебное пособие для магистрантов и студентов гуманитарных специальностей Павлодар iconУчебно-методическое пособие для студентов и магистрантов специальности «История» Павлодар
Учебно-методическое пособие предназначено для студентов и магистрантов высших учебных заведений, обучающихся по специальности «История»....
Учебное пособие для магистрантов и студентов гуманитарных специальностей Павлодар iconГ. М. Сафроновская система применения удобрений
Учебное пособие предназначено для студентов сельскохозяйственных вузов агрономических специальностей
Учебное пособие для магистрантов и студентов гуманитарных специальностей Павлодар iconМетодические указания для проведения самостоятельной работы студентов по дисциплине "Социология": для студентов всех специальностей / Л.
Социология : для студентов всех специальностей / Л. Г. Матвеенкова [и др.]; М-во образования и науки рк, Карагандинский государственный...
Учебное пособие для магистрантов и студентов гуманитарных специальностей Павлодар iconУчебное пособие предназначено для студентов электрических и неэлектрических специальностей для выполнения расчетно-графических работ и применения во время практических занятии по дисциплине «Электротехника»

Учебное пособие для магистрантов и студентов гуманитарных специальностей Павлодар iconУчебное пособие предназначено в помощь социальным педагогам, социальным работникам и другим специалистам. Цена 850 тг. Арт. 201 Сарсенова Ж. Н. Культурология. Учебное пособие. Алматы: Нур-Принт, 2010 300 с. Учебное пособие «Культурология»
Учебное пособие «Культурология» предназначено для использования в обучении по кредитной технологии. В конце каждой главы учебного...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©kzdocs.docdat.com 2012
обратиться к администрации
Документы
Главная страница