To Travis, Haley, Josh, and Devyn, my heart




НазваниеTo Travis, Haley, Josh, and Devyn, my heart
страница2/16
Дата конвертации05.02.2016
Размер2.41 Mb.
ТипДокументы
источникftp://62.80.165.58/Kostenko/Losey-The Secret History.rtf
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   16
все.

Поскольку, казалось, никто больше не обладал такой осознанностью, свои переживания я прятала, храня их в себе. Я очень старалась быть как все, но всегда чувствовала, что не соответствую ни в чем. Пару десятков лет жила искусственной жизнью. Жила и любила, глядя на все с позиции тех, кто окружал меня, — друзей, семьи… всех. Например, когда я спросила у папы — что «прокатит», чтобы он гордился мной, что бы он считал моим успехом, — он сказал: «Преуспей в бизнесе». И я начала доказывать папе, что сделана из «того теста», что во мне есть жилка, есть решительность успешного делового человека.

В 1998 году настал день, когда мой искусственный мир — все, что я знала как свою жизнь, фундамент моей реальности — начал разваливаться. Я оказалась одна на диване у подруги, потому что больше нигде не чувствовала себя в безопасности. Однажды утром я, проснувшись, зашмыгала носом. В этот момент у меня в голове не было мыслей, а я была объята болью. Сердце было разбито. Ничто не имело смысла. Горе пожирало меня заживо.

Настало время навести в себе порядок. «Что ж, дорогая, — сказала я себе, —мы не встанем с этого дивана, пока не выясним, что же с тобой происходит».

Я взглянула на свою жизнь новыми глазами. Посмотрела на свою роль в каждой ситуации. Увиденное грубо пробудило меня. Я научилась врать себе, я манипулировала собой, у меня было иллюзорное, бравирующее ощущение, будто я добилась каких-то великих успехов. Я поняла, что все, что делала, — это обвиняла всех в своих проблемах. Пришло время принять ответственность за свои действия и убеждения.

Пока я смотрелась в собственное внутреннее зеркало, я также поняла, что ни разу не была естественной. Я научилась скрывать любое глубокое чувство, любое ощущение и даже крошечную часть себя, какие только были. Мне нужно было стать настоящей. Так что я достигла глубины души и сказала вслух, обращаясь к пустой комнате: «Кем бы я ни была, как бы я ни жила, я принимаю это».

Не могу даже описать то состояние смирения, которое пришло с этим утверждением, что это значило — по-настоящему отпустить. Эти слова прокатились по моему телу, как волна прилива. Я почувствовала себя куда легче, чем за миг до этого. С того момента я решила жить подлинной жизнью, какой бы она ни была, и сохранять смирение, которое дало мне почувствовать себя настоящей.

Первое, что я узнала, — это то, что я не знаю, как сказать правду. Не то чтобы я всем постоянно врала. Но я не знала, как сказать правду себе, и потому стала искусной актрисой в общении с окружающими. Но с того момента смиренного приятия я начала практиковать правду. Я ловила себя на том, что скрываю настоящие чувства, и начинала понимать, как чувствовать себя в безопасности, открывая личные мысли и чувства. Вскоре это перешло и в практику общения с другими людьми. Я проглатывала ком в горле и говорила правду, какой я ее видела. Забавно, что когда я так делала, людям становилось со мной легче, и мне с ними тоже. Одновременно те люди в моей жизни, которые на самом деле мне не подходили, отношения с которыми были деструктивными, начали как бы исчезать на горизонте. Но по мере того как меня оставлял очередной негативный человек, в мою жизнь приходили другие, которые были более подлинными и, что важнее, открытыми идее о том, что видимое нами — не единственная реальность во Вселенной.

Однажды я познакомилась с женщиной, которая сдала мне гостевой домик посреди изумительной старой фермы. Она пригласила меня к себе домой на еженедельные групповые встречи, проводимые ею. Сказала, что встречи посвящены астрологии, что участники там бьют в барабаны и всякое такое. На следующей неделе я робко забрела к ним. В момент моего прихода действо было в разгаре. Все молчали, кроме молодой женщины в дальней части комнаты. Ее глаза были затуманены, поза была несколько странная — ну, будто ей неудобно в теле. У меня, наверное, брови поднялись, потому что кто-то, сидевший рядом, прошептал, что эта женщина проводит сеанс ченнелинга. Я слышала про ченнелинг только раз и то краем уха, и не уверена была даже, верю ли в него. Но решила, что если собираюсь жить естественно, то нужно воздержаться от оценок и дать этому опыту шанс.

Тот опыт стал для меня чем-то большим, нежели просто шансом. Это была дверь, и, не осознавая того, я вошла в нее.

Я стала ходить на еженедельные встречи, потому что приходившие туда люди были чудесными, любящими и не похоже было, чтобы они чего-то хотели от меня. Они, казалось, искренне любили меня за то, что я — это я. Это было комфортное место — место, где меня ничто не сдерживало и не связывало, и я могла научиться общению с людьми, которых не знала, научиться быть новой, настоящей собой. В процессе этого я начала чувствовать энергию в руках — маленькие извивающиеся спирали, покалывающие кончики пальцев. Мои ладони горели. Мою интуицию словно прорвало. Временами это беспокоило, потому что я слышала обрывки человеческих мыслей и не знала, что с этим делать. Я знала — что сейчас произойдет, когда это произойдет, кто там будет. Знала все.

Я вновь нашла в себе место, которое так хорошо знала ребенком, — место, которое я втайне называла «священным местом». Во время медитации на встречах я автоматически открывала сердце и шла в то найденное место внутри меня. Я научилась оставаться там так долго, как мне того хотелось. И по мере того как я все больше уходила туда, жизнь становилась все более и более комфортной — магической, по сути. Я выяснила, что когда возвращаешься на свой собственный путь, жизнь становится очень, очень легкой. Не осознавая того, я училась жить безусловно.

Часто молодая женщина, проводившая сеанс на той первой встрече, вела ченнелинг с разными существами, передававшими группе очень эмоциональные послания. Во время одного из сеансов меня наполнило такое количество энергии, что казалось, я взорвусь. Я не могла сидеть спокойно. Мне физически было некомфортно, и мощность переживаний продолжала нарастать. Хуже всего было то, что горло вело себя как-то странно. Было такое чувство, будто оно чем-то наполнено и говорит по своей воле. Я закрыла рот так крепко, что стало больно. Я не собиралась выпалить что-нибудь, обескураживающее и меня, и других. Чувствовала себя так, будто борюсь с незримой силой, и она почти победила. Потом женщина-контактер закончила сеанс, и я больше не могла сдерживаться. Едва выждав почтительную паузу, вскочила со стула и начала метаться по маленькой комнате. Я сказала контактеру, что не знаю, что это было, и описала свои ощущения.

Она очень мягко сказала: «Я чувствовала то же самое, когда впервые стала каналом».

Ой-ой, подумала я. Вот уж не гадала, что меня сюда занесет.

Я правда могу быть каналом? Я?

Мать и дочь, в чьем доме проводились еженедельные встречи, предложили поработать со мной и посмотреть, что получится. Мне дали огромное количество указаний о том, как обезопасить себя, как впускать в тело лишь существа «света».

Когда я впервые отошла в сторону, так чтобы существо смогло говорить через меня, я просто находилась поблизости, рядом со своим телом, наблюдая и слушая. Поскольку меня всецело захватила идея о своей подлинности, я очень обеспокоилась тем, что делаю. В конце концов, что-то может говорить через мое тело, от моего лица; а вдруг кто-то возьмет тело себе и будет пользоваться? Послание может изменить жизнь этих людей, а я буду виновата. Однако когда я озвучила свои опасения, то осознала, что призываю мудрость Бога и затем сомневаюсь в его слове. Кто я такая была, чтобы сомневаться? С того момента, как только у меня возникало чувство, что мне комфортно с приходящими энергиями, я отделялась от тела. Я становилась каналом и входила в настолько глубокий транс, что люди стали отождествлять мой ченнелинг с работой знаменитого «спящего пророка» Эдгара Кейси.

Однажды вечером в группе, завершив ченнелинг и вернувшись на свой стул, я окинула взглядом молодого человека, сидевшего напротив. У него отказывали почки, и диализ не помогал. Он ждал, когда подойдет его очередь на трансплантацию. Когда я взглянула на него, мое видение переключилось на его внутренности — не только на внутренние органы, но и на мельчайшие внутренние функции его физического существа. Зрелище было красивым и завораживающим.

Я спонтанно начала «чиать» ему его тело, каким-то образом объясняя, что содержание натрия и чего-то еще, относящегося к диализу, в его теле недостаточно сбалансированы. Я все это видела и все ему рассказала. Все те, кто находился в комнате, замерли.

Информация оказалась верной. Когда диализ молодого человека настроили на новую программу, ему стало гораздо лучше.

Эта новая способность воодушевила меня. С течением времени я выяснила, что могу спонтанно считывать информацию, если кто-то задает вопрос о здоровье. Этот дар представляется мне природной способностью, и с момента первого опыта он усилился. Многие врачи проходили мои курсы по многомерному исцелению. Один из них даже встал перед классом примерно в тридцать человек и сказал им, что я лучше магнитно-резонансной томографии. Я работала с его сестрой, у которой был рак груди с наличием метастазов, и видела крошечные очаги в ее мозгу, в точности там, где их впоследствии и обнаружили.

Вкупе с вновь обретенным видением, через мое тело по-прежнему проходили интенсивные потоки энергии. Я теряла вес и страдала бессонницей. Как будто меня подключили к невидимой силе, никогда не утихающей. Я включала музыку, у которой не было явной мелодии, и начинала двигаться, позволяя энергии течь через меня, из рук, вокруг меня, внутри меня. Однажды я раскрыла ладони, видение вновь открылось, и я увидела радужную арку, текущую из правой руки поверх головы в левую руку. Я была в благоговении.

А затем пришло раздражение. Я говорила вслух: «Ладно, все это прекрасно, но у меня нет никакого представления, что с этим делать. Дальше-то что?». Ответа у меня не было, так что я продолжала двигаться и работать с энергией.

Я делала это каждое утро и из отчаяния говорила вслух, обращаясь в никуда: «Кто-нибудь, покажите, что делать!»

Однажды утром появился некто. Прямо передо мной, посреди гостиной, стояло совершенно завора­живающее голографическое существо. Я была так ошарашена, что вскочила на ноги и отпрыгнула.

Существо исчезло.

Я быстро центрировалась и вошла в свое сакральное место. Открыла глаза — а оно стоит, терпеливо ждет меня. Оно был грандиозным, невероятно высоким, с ярко выраженными чертами. Волосы были почти черные и спадали на плечи. Оно в своих темно-красных одеждах буквально сияло. Казалось, сияние исходило изнутри. Существо было почти прозрачным, но ощущалось как нечто большое и плотное. Господи, что же это происходит? Я не была уверен, но знала, что каждый раз, когда молила о ясности, помощи, понимании, меня и впрямь слышали.

Существо начало двигаться так же, как я, но слегка иначе. Пока я смотрела на него, энергия, которой оно управляло, изменила цвет и форму. Я телом чувствовала, что происходит в его руках. Тоже начала двигаться, подражая ему. По мере этого энергия у меня в руках начала менять форму и менять цвет.

Каждое утро, как по космическим часам, я встречалась с этим существом, которого про себя стала любя называть «Мастером», поскольку его присутствие ощущалось как продолжение сакрального места, находящегося во мне. Его присутствие воспринималось мной как воплощенная сакральность, и ох, какое смирение наполняло меня! То, что я называла его Мастером, представлялось мелким, почти пошлым, и все же у меня не было других слов, чтобы его описать. Пребывание с этим Мастером напомнило мне о том, каково это — быть в присутствии просветленных существ наподобие группы Вознесенных Мастеров, включающей в себя Иисуса, Метатрона, Еноха и других. Во мне вырастала любовь к этим мгновениям, когда мы с ним двигались вместе. Вместо того чтобы почувствовать себя сумасшедшей, я успокоилась и стала более центрированной, чем когда-либо в своей жизни. Мое внутреннее видение все менялось и менялось, росли его масштаб и возможности. И все, что я говорила, было: «Покажи мне». Ни одного «почему?», или «что?» или «кто?» — лишь «Покажи мне!»

Однажды, когда мы двигались вместе, изменилось все мое представление о реальности. Как будто я прыгнула в другое измерение или в чей-то сон. Оказалось, что я иду по дороге прочь от моего космического учителя. И пока я шла по этой дороге, ко мне подошел мальчик и сказал, что должна с ним.

«Нет!» — твердо ответила я. Мне нужно было продолжать свою практику.

Ребенок не принял отказа. Он был похож на сельского жителя из Европы XIX века. У него были взъерошенные светлые волосы, а штаны порвались на коленках. Белая рубашка была, по меньшей мере, на два размера больше и сильно поношена, как будто не раз переходила от одного владельца к другому. И все же он говорил так уверенно и повелительно, что проигнорировать его я не смогла. Так что я последовала за ним. По узкой тропе мы взбирались вверх, пока не подошли к большому отверстию в скале. Это был вход в грот, неглубокую пещеру. В ней было человек двадцать или около того, все в белом. Они молчали, будто бдели или что-нибудь в этом роде. Один из них держал меч острием вниз, в положении, означавшем мир. Взглядом светло-карих глаз, молча, он приказал мне подойти.

«Слушай, — сказала я, — мне нужно работать, и я не могу отвлекаться». Он по-прежнему молчал, и все же я услышала телом, что мне следует подойти к нему. Я подошла. Это была церемония, и мне дали дар, хотя в то время я не понимала его.

В самый разгар церемонии мое ощущение реальности вновь сместилось, и я оказалась у входа во внутренний двор. Туда вели арочные ворота, но я не могла пройти через них. Мои ноги будто приклеились к земле. Я видела людей во дворе, которые слонялись туда и сюда. Я подумала, что же это за место. Было похоже на какой-то университет, но я не была в этом уверена.

Старый, умудренный человек сидел слева от меня на столе и, казалось, не обращал на меня внимания. Его седые волосы свисали по сторонам, а тонкая борода возлежала на большом животе. Брови у него были такие густые, что я едва могла разглядеть узкие карие глаза. Стол был инкрустирован азуритом, малахитом, лазуритом, тигровым глазом, лунным камнем и другими полудрагоценными камнями. Внутри меня звучал голос, говоривший мне посмотреть вверх. Во мне начала подниматься энергия, так что вместе со взглядом я подняла и руки, надеясь ослабить мощность потока. Вместо этого из моих рук изошел свет, чтобы встретиться с ярким светом, излившимся на меня. Когда я начала двигаться, свет обрел форму и плотность. Он стал резным предметом, и этот предмет казался таким же реальным, как и холодный резной камень. Я рассмотрела этот предмет и затем, каким-то образом зная, что делать, поставила его на стол старика.

Каждый день я работала с этим новым Мастером, придавая энергии геометрические очертания, затем формы, и вскоре эти формы под моим контролем превращались в твердые предметы. Тогда я брала их и ставила на стол Мастера. Он ни разу не похвалил меня. Меня это сводило с ума, потому что я все делала хорошо. Я хотела, чтобы он мне
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   16

Похожие:

To Travis, Haley, Josh, and Devyn, my heart iconVon neumann's war john ringo & travis s. Taylor

To Travis, Haley, Josh, and Devyn, my heart iconThe Effect of Caffeine on Heart Rate

To Travis, Haley, Josh, and Devyn, my heart iconExpert Consensus Documents and the American Heart Association Developed
Легочная гипертензия (ЛГ) является комплексным, мультидисциплинарным заболеванием. Недавние исследования привели к улучшению диагностики...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©kzdocs.docdat.com 2012
обратиться к администрации
Документы
Главная страница